Я сфотографировал кортеж безо всяких раздумий:

Я знал, что в Польше соблюдают законы о свободе сбора информации, поэтому ко мне никто не подойдёт и не потребует удалить этот снимок. Тем более, в меня, например, не будут стрелять снайперы из чиновничьего «Ауди».

Мне ничего не сделают — и я фотографировал с близкого расстояния, ясно давая понять и полицейским, и охране чиновника, что я их снимаю. И они, разумеется, были не против.

В Польше, к счастью, от совка с каждым годом остаётся всё меньше и меньше следов, поэтому их спецслужбы не думают, что от сделанной в публичном месте фотографии хоть каким-то образом увеличится шанс теракта или там закидывания говном — уж не знаю, чего обычно опасаются параноики — в адрес кортежируемого.

Совсем иная ситуация в Кыргызстане, где мышление у многих людей до сих пор находится где-то на уровне Средневековья.

Когда сегодня студентка Школы журналистики Клоопа сфотографировала возле Белого дома кортеж то ли Атамбаева, то ли какого-то другого высокопоставленного чиновника, к ней довольно быстро подошли два бугая, которые — внимание! — обвинили её в том, что она «шпионка» и заставили стереть фотографию кортежа.

Фотография изначально, кстати, была так себе — на большой скорости она не успела даже зацепить целиком основную машину кортежа. Откуда я узнал о качестве удалённого снимка?

Я восстановил удалённую фотографию. Если вам кто-то приказал с фотика удалить снимок, то удаляйте безо всякого страха, а потом восстанавливайте на флэшке с помощью вот этой проги под названием Recuva.

Вот таков был снимок, который сделала студентка нашей школы:

Ну я предупреждал, что снимок не очень. Но дело уже не в качестве снимка. Дело в том, что кто-то пытался противозаконно наложить цензуру на этот снимок, и я считаю, что это очень-очень скверно.

Цензура запрещена Конституцией Кыргызской Республики, которую я безмерно люблю и уважаю.

А ещё родная Конституция гарантирует мне свободный сбор и распространение информации.

Знайте, дорогие мои читатели — кортеж даже президента Кыргызской Республики не может быть гостайной. Вы можете его фотографировать, особенно в таком публичном месте, как площадь «Ала-Тоо».

Алмазбек Шаршенович, обращаюсь лично к вам — вы так прекрасно заявили публично о желании искоренить графу «национальность» в наших паспортах и этим поставили на место многих националистов. Заявите, пожалуйста, публично, что вас и ваш автомобиль МОЖНО фотографировать. Станьте примером свободы, а не запретов.

Если кто-то запрещает вам снимать кортеж президента или кого-либо ещё, вы имеете полное право возразить. Если кто-то к вам подходит и просит удалить снимок — вы имеете полное право отказать. Если всё же стало страшно — удаляйте, а потом восстанавливайте.

И публикуйте, потому что вы имеете на это право, а они вам запрещать — нет.

А теперь давайте, совки, налетайте на говно мухами.

Так вот, чтобы потестить «Таймлайн», я изрядно порылся в своём фотоархиве, нашёл там всяких любопытных фоток, но особенно прикольна вот эта:

Она сделана 11 апреля 2007 года, в один из дней митинга фронта Феликса Кулова. На ней видно, как митингующему дают деньги.

Может ему какие-нибудь просто там суточные компенсировали или благородным образом возмещали дорожные расходы — хрен его понять, но тогда в меня с Ринатом Тухватшиным захерачили палкой за то, что мы сделали эту фотку. Палка попала в руку Ринату, кстати, если уж хотите исторических подробностей.

Мы, конечно, тогда сразу сделали ноги оттуда, но предварительно покричали на всю площадь, что пресса подвергается нападениям.

Снимок был сделан вечером, когда митингующие, занявшие площадь, готовились ко сну, а журналистов там практически не оставалось.

Так вот, спустя несколько дней митинг этот разогнали за пять секунд, и пол-Бишкека радовалось этому. Потому что митинг, купленный за деньги — это практически стопроцентно унылое говно, которым мало кого запугаешь.

А когда восстание естественно (как например, почти ровно три года спустя), то даже пули людей не останавливают. В этом мы тоже с Ринатом убедились своими глазами. Но это уже другая история.

Женщина, последние полтора года работающая в Таджикистане, жалуется собеседнику на «вертикаль власти» и на то, что работать там тяжело — чуть ли не из-за этой самой вертикали.

В любом случае, о вертикали власти она отзывалась в негативном тоне.

Я горжусь, что в Кыргызстане немало людей считают «вертикаль власти» злом.

Жаль, такая прекрасная идея была.

Убита она оказалась дремучими совками. Которые считают, что мол якобы 30 баксов — это не большие деньги для иностранцев.

Во-первых, не 30, а 70. Во-вторых, дело не в сумме. Дело в принципе прозрачности. Дело в репутации. Дело в имидже.

Дело в том, что о Кыргызстане должны говорить так — «никогда так легко и быстро не проходил границу!»

А не так — «никогда не видел такой ублюдочной встречи на границе и такой долгой очереди на получение визы!»

Пока что доминирует второе.

И благодаря совкам типа Акылбека Жапарова и Игоря Гусарова, доминировать будет, видимо, ещё очень долго.

Только обрадуешься, что в Кыргызстане у кого-то грамотная идея созрела, как тут же кто-нибудь засрёт и уничтожит её.

Я страшно зол.

Минут 15 в ней стою уже.

На фото не успел я поймать именно этот момент, но вереница машин в поддержку Кимсанбаевича только что повернула на красный (!) налево (!) с Манаса (!) на Киевскую.

Обеспечим блин законность.

Баланса ради скажу, что за Атамбаева, Ташиева, Байболова и Калматова я тоже голосовать не буду.

UPD: Кортеж повернул налево не на мигающий зеленый, перетекающий в желтый и красный, что было бы ок.

Как видите, я снимок сделал сразу после поворота их, и по Киевской горит красный. Он только загорелся, когда я сделал снимок.

Это означает, что на Манаса только загорелся зеленый. Через секунду после маневра мадумаровцев.

То есть, поворачивали они не на зеленый, перетекающий в красный, а на красный, перетекающий в зеленый.

В смысле, мне пофигу вообще на это. Я просто к тому, что, учитывая специфику Твиттера, в ночь с пятницы на субботу это прочитают только те кыргызстанцы, которые коротают время в аэропорту в ожидании рейса.

Ну или полуночники какие-нибудь. Но речь идет о единицах, в любом случае.

Так что к чему этот вброс очередной порции клишейных лозунгов — мне совершенно непонятно.

Это никогда ни к чему хорошему не приводило.

Запрещать прямое вещание иностранных медиа — пусть даже только в предвыборные дни — это глупо и бессмысленно.

Глупо, потому что это цензура.

Бессмысленно, потому что если надо будет голого Текебаева или кого угодно показать голым, то никакие запреты не помогут.

В крайнем случае будут листовки раздавать, если уж будет цель дискредитировать.

Я вернулся из европейской поездки и обнаружил, что, несмотря на сиявшую возможность отмены идиотского положения, Ала-ТВ всё же вырубил все зарубежные новостные каналы.

Хуже быть не может. Только в бакиевские дни я помню показ российского Первого в записи. И то, Ала-ТВ это никаким образом не затрагивало.

Я разделяю точку зрения, что российские госканалы — говно, но это не даёт повода фильтровать их.

Мне посрать на исход президентских выборов. Я считаю, что благополучие в стране не должно зависеть от того, какой чиновник занимает пост президента, а должно зависеть от того, имеют ли граждане возможность отстаивать свои права.

Ала-ТВ и кабельные операторы забили тревогу давно, ещё 12 сентября (по крайней мере, тогда мы в Клоопе обратили внимание на это и сделали новость).

Но не смогли отстоять свои права. И это очень плохой знак.

Я редко когда высказываю своё личное мнение о текущих событиях в Кыргызстане, но в этом случае не могу молчать.

Я считаю, что то, что я не могу смотреть свои любимые Си-Эн-Эн и Евроньюс — это нарушение моих прав.

С утра правозащитная делегация Кыргызстана надела соответствующие футболки:

Подготовила соответствующие плакаты:

И вышла к традиционному месту пикетов напротив отеля «Софитель», где проходит варшавская встреча ОБСЕ:

Охрана отеля не разрешила подходить близко к отелю, поэтому правозащитникам пришлось стоять на тротуаре:

А потом Сардар Багишбеков из «Голоса свободы» зачитал обращение с требованием освободить Аскарова, прямо практически с места официальной делегации Кыргызстана (Кыргызстану повезло сидеть на углу, по соседству с сектором НПО, так что наши правозащитники регулярно садились прямо впритирку к официальной делегации). Представитель Кыргызстана в ОБСЕ Аяна Токбаева невольно оказалась в эпицентре событий:

Но мне понравилось дружелюбие нашей официальной делегации — не было никаких препираний между официальным Кыргызстаном и правозащитниками.

Например, когда правозащитники Казахстана, Азербайджана или Беларуси что-нибудь говорят, то через какое-то время они получают ответки от своих здесь же сидящих властей, весьма агрессивные, либо тонны говн от крикливых гонго.

У Кыргызстана такого нет и, наверное, это один из поводов гордиться страной.