Видно отчетливо с Сулейман-Тоо, но не знаю как с мобилы.

Удивлен, как народ на такой широкой площади умудряется врезаться.

Вторая машина дальше в арыке лежала, еще более покореженная. Судя по тому, что приехала скорая, видимо хреново все.

Жаль, что не смог сфотать их.

Короче, подходишь на Кордае к границе со стороны Кыргызстана — и где-то метров за 200 до самого поста натыкаешься на первый шлагбаум.

А там тебя окликают странные парнишки в самой что ни на есть гражданской одежде.

И требуют показать, что в сумке.

Людей без формы я обычно без всяких раздумий посылаю мысленно в самые святые места.

Но они настаивают — и к ним уже присоединяется таможенник в форме.

Я свою сумку позволил осмотреть только человеку в форме, но я видел, как те ребятки проверяли других.

Я спросил у них, кто они такие вообще. Таможенник в форме сказал, что они «сотрудники таможни». (В спортивках? В кроссовках? В ярких китайских бейсболках?)

Я спросил, почему они без формы. Ответа не получил.

Скажите мне, что это за х**ня вообще такая? У таможни униформы на сотрудников не хватает? Или это все-таки левые люди там рулят?

Кто бы мог в этом безобразии разобраться? Дайте мне номер горячей линии.

Дорогие мои друзья, я в очередной раз съездил в Алматы. Этот город мало чем выделяется в мировом масштабе и для меня он слишком похож на Бишкек, чтобы я в нём чему-то удивлялся. Тем не менее, с Алматой меня связывает большое количество друзей и другие, более родственные и тесные связи.

За это я Алмату по-своему люблю. И встречать там своих друзей люблю безумно.

Но в целом поездки в Казахстан — это геморрой. В первую очередь, создаваемый казахскими властями и правоохранительными органами.

Казахстан — полицейское государство. Когда едешь из Алматы в Бишкек, тебя может до нескольких раз дополнительно проверить миграционная полиция. А на границе…

А на границе сегодня было вообще чёрт знает что. Кроме обычного паспортного контроля, на подходе к шлагбауму стоял предварительный дополнительный паспортный контроль. Весьма странный — стояло три мужика-погранца и сидела девочка-подросток, которая записывала в тетрадь данные всех людей, проходивших через их импровизированный пост.

Первый из трёх погранцов, разумеется, спросил меня про волосы.

«Волосы не мешают?» — спросил он меня с характерной для совковых пограничников хамовитостью.

«Нет», — сухо ответил я.

«Давно отращиваешь?» — продолжил он, не снимая с лица гримасу отвращения.

«Восемь лет», — продолжил сухо я. На что услышал в спину непереводимое междометие, передающее смесь негодования и удивления. Что-то среднее, между словами «блин» и «бл**ь», причём недосказанное до конца.

Ну как бы и хрен с ним.

Далее подхожу к девочке-подростку, которая записывает в тетрадь всех пересекающих границу.

Она берёт мой паспорт и начинает записывать все данные. Доходит до графы «национальность» — а у меня там пустота стоит. Она и погранец спрашивают меня: «А кто вы по национальности?»

Я говорю: «Никто». Про себя думаю — а ваше собачье дело какое?

Девочка, возмущённо, говорит: «Но мне же надо что-то написать сюда!»

Я уже не выдержал и говорю: «Ну, придумайте что-нибудь». Беру свой паспорт, поправляю рюкзак и делаю ноги. В спину снова слышу недовольные возгласы.

Затем, разумеется, пришлось пройти и стандартный паспортный контроль, где идиотские вопросы, к счастью, не задавались.

На киргизской стороне, в пограничной будке был почти карнавал. Пограничник особо не обратил на меня внимания, а в его кабине стояли ребята из «Билайна» и предлагали всем ознакомиться с новыми тарифами.

Всё-таки порой я очень рад, что в Кыргызстане живу.

Так получилось, что на обратном пути из Милана в Бишкек, разница между рейсами в Стамбуле у нас была девять часов.

Турецкие авиалинии по этому поводу могут предоставить бесплатный тур — всем транзитникам, у кого разница больше шести часов. Но это хорошо тем, кто Стамбул плохо знает. Гиды их сопроводят куда надо, покормят даже и покажут всякие стамбульские красоты.

Естественно, нормальным пацанам вроде меня западло смотреть на Стамбул с кучей других людей и следовать за повелителем стада, то есть за гидом. Учитывая мои знания в географии Стамбула, я предложил жене самостоятельно осмотреть самые основные достопримечательности в крупнейшем городе Турции, ибо она никогда там ранее не была.

Стамбул прекрасен своим транспортом — из аэропорта по метро мы добрались до Голубой мечети и Собора св. Софии меньше, чем за час. Плюс турецкий пограничник вообще вопросов не задал и просто быстро поставил печать (потому что он не киргизский и не казахский пограничник).

Осмотрев Голубую мечеть, мы поняли, что времени у нас ещё три тонны. И пошли пешком до моста Галата на бухте Золотой Рог.

Осмотрев мост Галата, мы поняли, что времени у нас всё равно ещё три тонны. И мы поднялись по фуникулёру до улицы Истикляль и пошли по ней до площади Таксим.

И тут на тебе! А там митинг идёт, да ещё и солидный такой. А мы и понятия не имеем почему — из-за поездки в Италию мы и не следили за всемирными новостями. Ну я всякий случай пофотографировал разъярённую толпу, тем более на митингах бывать мне не привыкать.

А потом уже выяснилось, что это был митинг против того, что израильские коммандос не дали про-палестинским правозащитникам доставить гуманитарный груз в Газу, убив попутно девять человек.

Иногда мне поразительно везёт неожиданно оказываться в эпицентре событий:

Кстати, тётки-полицейские в Турции запросто участвуют в разгоне митингов, если надо:

А мужики-полицейские запросто фотографируются. Хоть зафотографируйся их, некоторые даже позируют:

Быстро успели напечатать кучу качественных транспарантов и листовок. Вот где политическая активность высокая:

В том числе напечатали призывы и на иврите:

Митинговала, кстати, не только религиозная публика, но и господа-коммунисты:

Как я уже говорил, на украинских выборах я был членом команды ENEMO — Европейской сети организаций по наблюдению за выборами. На Би-би-си вышел материал, в котором, в основном, цитируется оценка ENEMO:

При этом 450 наблюдателей от ЭНЕМО заметили косвенные признаки покупки голосов: некоторые избиратели фотографировали бюллетени.

Организация отмечает и неразбериху с таким потенциальным инструментом подтасовок, как голосование на дому: так и осталось неясным, можно ли заказывать урну на дом просто по заявлению или нужна справка о неспособности прийти на участок. В разных частях страны избиркомы толковали эту норму по-разному.

Но все эти и другие нарушения и недостатки, по оценке ЭНЕМО, не повлияли на общий результат.

Читаем полностью: http://www.bbc.co.uk/russian/international/2010/01/100118_maloveryan_ukraine.shtml

Да-да-да, котятки мои, я был одним из них, одним из этих 450!

10 октября эмигрантское сообщество Лос-Анджелеса вышло на митинг против грядущей переписи населения.

Эмигранты, в основном, представляли Латинскую Америку. На этом фото представители гватемальского сообщества.

Митингующие, тем не менее, пылали некоторыми чувствами к действующему президенту.

Очень много людей было, очень.

Полицейским было жарко.

Эмигранты, как вы видите, влияют на экономику Лос-Анджелеса существенным образом.

Снято в Каджи-Сае, 28 июля 2009 года

Сегодня был необыкновенно сильный ветер в Бишкеке. Где-то в районе 20:30. Мы с Тимуром шли сдавать ключи от офиса на вахту, когда немаленький такой кусок шифера рухнул с высоты девятого этажа буквально в паре метров от нас — на то самое место, где мы проходили за полторы, наверное, секунды до этого.

Чуть-чуть сослагательного наклонения: если бы на нас с Тимуром эта штука упала бы, в лучшем случае работа Клоопа затормозилась бы до возвращения Рината с Кристиной из Грузии.

Но она не упала. Хотя после этого куски шифера продолжали буквально сыпаться на Московскую — ранее некие долбанутые строители не закрепили шифер на крыше. Мой им привет и кусок какашки. Благо, что тротуар расположен всё-таки довольно далеко от самого здания.

[Я идиот, и я не догадался всё это дело снять хотя бы на мобильный.]

Мне в тот момент стало интересно — чего ещё натворил этот порыв ветра? (Который длился ну от силы несколько минут в своём пике.)

Азззик, например, сообщает, что возле его дома грохнулся тополь и придавил двух женщин, причём у одной из них серьёзная травма грудной клетки.