С двух часов ночи премьер-министр и по совместительству кандидат в президенты флудит не по-детски в Твиттере: он уже написал 16 записей, о единстве народов, о жадности прежнего режима, о молодёжи в политике.

В смысле, мне пофигу вообще на это. Я просто к тому, что, учитывая специфику Твиттера, в ночь с пятницы на субботу это прочитают только те кыргызстанцы, которые коротают время в аэропорту в ожидании рейса.

Ну или полуночники какие-нибудь. Но речь идет о единицах, в любом случае.

Так что к чему этот вброс очередной порции клишейных лозунгов — мне совершенно непонятно.

Молодец Антон Носик. Это прекрасный пример поведения для всех тех, кто хочет, как и я, бороться за свободу фотографии против заведений типа магазин «Народный» или аэропорт «Манас», которые мерзким образом запрещают себя фотографировать, считая себя военными объектами.

Читать всем и действовать также:

Фотосъёмка на борту

Выступил только что борцом за свободу фотографии.

На борту Ан-148-100, вылетавшего из Питера в Пермь совместным рейсом «Аэрофлота» и «Пулкова», зачекинился в Foursquare, присовокупив фотографию салона перед взлётом.

Через минуту или две после того. как этот снимок был уже опубликован в Интернете, подошёл ко мне стюард, спросил, с какой стати я вёл фотосъёмку, и потребовал удалить кадр. Я объяснил ему, что кадр уже в Интернете, откуда его никаким топором не вырубишь, так что удаление с моего iPad ничего не изменит (тем более, что PhotoStream в iOS5 автоматически дублирует все снимки прямиком на облако iCloud). Ну так тем более удалите, стал настаивать стюард. Я сказал, что с удовольствием это сделаю, как только он мне покажет письменную копию нормативного акта, по которому фотосъёмка на данном борту запрещена. Он сказал, что у него нет такого документа. Я выразил соболезнования. Он стал проявлять настойчивость. Я предложил ссадить меня с рейса за фотографирование на борту. Видимо, выражение моего лица подсказало стюарду правильную манеру дальнейшего поведения: он тихо слился, и до самого приземления в Перми не попадался мне на глаза.

А самое смешное — что меня поддержали не только другие пассажиры, но даже старшая бортпроводница. В общем, друзья мои, не стесняйтесь скандалить за свои права. Люди с ментальностью держиморд в общем случае к отпору не готовы.

Научиться бы у неë так играть со временем.

Скорее всего, мои ближайшие друзья знают о моем почти религиозном отношении к Битлз. Я знаю о них почти всё.

Поэтому пойти на концерт Ринго Старра — это было исполнение такой категории мечт, каких в жизни вообще очень мало у любого человека.

Разумеется, у меня был дешёвый билет. Разумеется, я сидел очень далеко от сцены. Самое максимальное, что я смог выжать из своих снимков, это примерно такое:

Но впечатление от наблюдения за живым настоящим битлом ни с чем не сравнимо.

Я сижу и вижу живьем и слушаю Ринго Старра.

Сначала мне пришло такое вот письмо:

Ну я подумал: окэй, Розе Исаковне нужно же чем-то заниматься после окончания президентского срока. Инсулиновые иглы — это, по-моему, очень благородно.

Но потом пришло следующее письмо:

А сегодня — уже с другого ящика — пришла совсем интересная вещь, в которой не было не единой ссылки и упоминался Кыргызстан:

А вам часто приходит спам, ориентированный на кыргызстанцев? Может быть лидер какой-нибудь парламентской фракции предлагал вам увеличение пениса? Или какой-нибудь министр продавал пароли на порносайты со скидкой?

Расскажите о ваших смешных случаях кыргызстано-ориентированного спама.

К счастью, пока что встречаться с сыном президента КР, скорее всего, не сможет стать поводом для попадания в Викиликс (хотя кто знает). Удачной вам службы, госпожа Спратлен!

Один из самых выдающихся сынов Кыргызстана (без иронии) уже готовится к вниманию прессы и якобы застенчиво отворачивается от камер.

А вот его блог, кстати. Ведомый на Клоопе с бородатого 2007 года.

Если помните, то полтора года назад я встретил Боба Вудворда.

Того самого Боба Вудворда, который с коллегой Карлом Бернстайном с 1972 по 1974 годы расследовал Уотергейтский инцидент, который в итоге привел к разгадке того, какую большую роль сыграл президент Никсон в подтасовках президентских выборов, которые он же и выиграл.

Ну и, как следствие, Никсон ушёл в отставку.

Вудворд был моим идолом с первых шагов в журналистике, потому что более успешного журналистского расследования (с точки зрения масштабов разгаданного, а не масштабов последствий, ибо второе не является целью журналиста в работе) я за историю человечества не знаю.

Поэтому первая встреча с Вудвордом была словно прикосновением к чему-то святому. Исполнение детской мечты.

Ещё более удивительно было испытывать это чувство еще раз, потому что на той неделе я встретил Боба Вудворда во второй раз в своей жизни и сделал эти снимки:

Хотя эмоции были уже не совсем те. Эффект второго раза очень коварен. Ты уже не чувствуешь того адреналина.

Автограф на этот раз я не брал. Хотя диалог с Вудвордом на этот раз у меня был длиннее — сорок секунд против двух в 2009 году.

Вудворд, впрочем, вне зависимости от притупления моих чувств от встречи с ним, остается величайшим.

Ведь как всем известно, я пародирую Артемия Лебедева, а потому вот вам ещё одна пародия (считайте денежки). Алматы в стиле Артемия Лебедева.

Вместо дополнительной таблички о платной парковке, монеты нарисованы прямо на самом дорожном знаке:

Одна разновидность городского таксофона:

Другая разновидность городского таксофона:

На многоэтажках в микрорайонах на балконах нарисованы узоры с закосом под национальный колорит:

Обтрёпанный почтовый ящик:

Такой же почтовый ящик, только в более свежем состоянии. Наверное, потому что прямо возле отделения почты стоит:

Возле ЦУМа стоит чудовищно-эстетичная скамейка. На такую только рыгать:

Канализационный люк на пешей улице:

Люк 1988 года:

Городские урны в центре города выкрашены в цвета национального флага. Как и дворницкие тележки: